Нежданно-негаданно в Междунарожном союзе конькобежцев вновь задумались о повышении возрастного ценза в женском фигурном катании — с 15 лет до 17. Кажется, что на этот раз все всерьез.

Рассказываем о плюсах и минусах повышения ценза в женском одиночном и объясняем, причем здесь недавно ушедшая из жизни Екатерина Александровская.

При чем здесь Екатерина Александровская?

Если судить здраво — ни при чем. Глава ISU Ян Дайкема заявил, что именно трагедия случившаяся с 20-летней фигуристкой, заставила всех подумать о важности возрастного ценза — Александровская выпала из окна и погибла в июле 2020 года. Но какое отношение ее история имеет отношение к возрастному цензу, в частности, у одиночниц?

Александровская выступала в парном катании, она только в 18 лет выступила на Олимпиаде в Пхенчхане: Загитовой, например, тогда было 15.

Складывается впечатление, что бедную фигуристку просто приплели к этой истории, чтобы иметь какой-то серьезный повод для поднятия темы ценза на конгрессе. Раньше федерации Дании или Нидерландов предлагали обсудить повышение возрастного ценза в женской одиночке, но эти предложения игнорировались. По словам Дайкемы, сейчас вопрос поддержало сразу несколько федераций.

Главный плюс — женское катание станет женским

Катание девушек 14-16 лет многие не признают женским. Программы таких спортсменок наполнены сложными прыжками, на подготовку которых идет основной упор, и проигрывают в других компонентах — самом катании, эмоциональности, связках. Стоимость прыжков велика и она позволяет выигрывать у тех, кто хорошо катается, но слабее прыгает.

Универсальных бойцов немного: в прошлом сезоне запомнились юниорка Камила Валиева, которой уже прочат олимпийское золото, да Алена Косторная, которая всегда была хороша по части презентации.

Камила Валиева на этапе ЮГП в Челябинске. Фото: ISU

Другая проблема — высокая травматичность. Вспомним хотя бы Рафаэля Арутюняна, который считает, что квадисткам могут понадобиться новые бедра в 40 лет. С одной стороны — смешно, с другой — вспоминаешь травмы девочек из группы Тутберидзе. Стрессовые переломы Евгении Медведевой перед Олимпиадой, Элизабет Турсынбаева после своего четверного сальхова не соревновалась год и неизвестно, будет ли соревноваться вообще. Анна Щербакова и Камила Валиева, прыгая квады, пережили по перелому ноги, Алена Канышева освоила четверной — и ушла в танцы, потому что усугубившаяся травма просто не позволила выдерживать прыжковую нагрузку.

Еще одна проблема — карьеры ярких девочек заканчиваются быстро. Будучи на пике формы, Алина Загитова выиграла Олимпийские игры в 15 лет, а после этого провела очень трудный сезон, дойдя до золота ЧМ. После этого мотивация у девушки пропала, да и пубертат давал о себе знать. Сейчас карьера Загитовой в подвешенном состоянии, и пациент скорее мертв, чем жив.

Возможно, с повышением ценза травм у фигуристок и вправду станет чуть меньше — а их карьеры станут чуть дольше.

Главный минус — «гонка вооружений» остановится

У повышения ценза есть обратная сторона, о которой в один голос говорят многие российские эксперты: развитие женской одиночки если не остановится, то сильно замедлится. Самый крутой технический набор сейчас — у юных фигуристок, причем не только группы Тутберидзе. На пятки наступают воспитанницы Сергея Давыдова из ЦСКА — Софья Самоделкина и Елизавета Берестовская. Не будь у Елизаветы Туктамышевой в соперницах молодых квадисток, вряд ли бы она пошла изучать четверные в 23 года, а ведь пошла и начала прыгать.

Софья Самоделкина. Фото: скриншот видео

За последние годы вслед за ученицами Тутберидзе начали тянуться и за границей — кто бы мог подумать, что Эмбер Гленн или Элишка Бжезинова будут тренировать и исполнять тройной аксель? А они пробуют и не останавливаются, чтобы угнаться за юными соперницами.

Если ценз повысят до 17 лет, то во взрослые спортсменки будут выходить в разгар пубертатного периода, когда тело активно меняется. Пока неизвестно, как наши квадистки будут сохранять свои прыжки, если на них скажется рост организма. Преимущество получат фигуристки, которые смогут продолжить прыгать на высоком уровне после 17 лет, однако велик риск технической заморозки: зачем выполнять сложные прыжки, если это настолько тяжело и можно выигрывать на старом багаже?

В 2021 году на конгрессе ISU в первую очередь разгорится жаркая дискуссия — и ее будет очень интересно послушать.